Krassimir Ivandjiiski
Home Archive Search Sponsors About us Contact

Translate
Select Language




М.Хазин, "Who is mr.Putin"



  

Ситуация в России представляется сегодня крайне сложной, что требует принципиальных изменений, как в экономической системе, так и в политической. Причем, нравится этот кому-то или нет, направление этих изменений будет определять один человек - Путин. Соответственно, все силы апеллируют к нему, явно или неявно. Кто-то пытается вменить ему некоторое направление действий, кто-то - активно включился в политику его ликвидации на посту Президента (об этом - чуть ниже), но в любом случае, единственная точка, вокруг которой крутится вся политическая активность - это Путин. И в подобной ситуации любая попытка говорить о будущем страны  категорически требует некоторого анализа даже не мыслей Путина (мы их все равно не узнаем), но хотя бы некоторого представления о том, как устроено его ощущения реальности. И в настоящем тексте я попытаюсь сделать некоторый вариант анализа этого ощущения. При этом нужно понимать, что попытка эта носит ярко выраженный субъективный характер. 

 

Прежде всего, я исхожу из того, что формирование понимания мира у Путина пришлось на 70-е годы. Как личность он, конечно, сформировался раньше (и, в частности, его представления о чести и достоинстве, о свободе и морали), но мы сейчас обсуждаем не человека, а государственного деятеля. И, как мне кажется, есть два главных фактора, которые он усвоил в этот период. Первый связан с тем, что вся геополитическая концепция Андропова, который тогда руководил КГБ (на тот момент - еще при Совмине СССР), была построена на идеях конвергенции. То есть - объединения западных и советских элит. 

 

Сама эта идея появилась после того, как Сталин отказался от концепции «перманентной революции» и стал строить государство - то есть начала формироваться полноценная советская государственная элита, для которой сохранение статуса для себя и своих детей было важнее, чем гипотетическая победа всемирной революции. Был ли такой план для Сталина тактическим отступлением или стратегическим решением мы уже никогда не узнаем, но результат к концу 50-х годов был однозначен - в СССР была принята концепция мирного сосуществования, от которой до идей конвергенции всего шаг. И идея эта к 70-м годам достаточно прочно вошла в советскую элиту, а в КГБ она неявно была принята практически всеми. 

 

Второй фактор -  кадровая политика ЦК КПСС. После снятия Хрущева в 1964 году, Политбюро ЦК КПСС (точнее, тогда этот орган назывался Президиумом), с целью снижения вероятности повторения незапланированной активности «снизу» (напомню, что в период правления Хрущева ЦК КПСС неоднократно выступал против своего же Президиума), принципиально изменил систему назначения кадров. Смысл этого действия состоял в том, что любые лица, которые имели свое мнение и готовы были его отстаивать, перестали назначаться на политические должности. Политическая система стала уделом как минимум конформистов, готовых всегда согласиться с начальством, а как максимум - людей, у которых вообще не было своего мнения.

 

Для страны результат не замедлил сказаться уже через поколение (то есть 25 лет), но люди, которые в середине 70-х только начинали делать свою карьеру такие тонкости понять уже не могли - они просто впитывали сложившуюся уже систему управления как нечто единственно данное. Путин в том числе. И теперь можно попытаться посмотреть на его политику именно с точки зрения проявления этих двух принципов.

 

Первые два срока Путина, как я уже не раз писал, он рассматривался как наемный менеджер, поставленный сформировавшейся в 90-е годы элитой. При этом и сам он был вполне согласен с этой ролью (в том числе потому, что в личном плане не является фанатом власти) - но в процессе реализации тех задач, которые ему были поставлены, начал реализовывать те самые принципы конвергенции, которые впитал «с молоком матери». Обращу внимание на очень важный факт: олигархи 90-х в принципе не рассматривали Россию как нечто самодостаточное - для них была только одна элита, Западная, ей они подчинялись и сама мысль ей перечить была для них недоступна. Как сказал один из них во вполне бытовой ситуации: «К нам пришел Хозяин и не нам с ним спорить».          

 

В такой ситуации мысль Путина, что российская элита, сформировавшаяся на нашей территории, может быть частью мировой элиты, смотрелась вполне достойно и патриотично. А с точки зрения некоторых персонажей на Западе и вызывающе - после компрадорского лебезения гайдаров и козыревых. Отмечу, что я не собираюсь пока обсуждать реальность этой идеи, возможности ее осуществления, что тогда, в 70-е, что сейчас, несколько слов на эту тему я скажу в конце текста. Главное - что для Путина она является имманентной частью его восприятия внешнего мира - поскольку именно с ней у него это самое восприятие и формировалось.  И в этом смысле оторвать эту идею от его восприятия мира невозможно.

 

Именно в этом месте возник серьезный конфликт между теми, кто еще до Путина получил пусть не очень высокий, но статус в Западной элите (Ходорковский, Каспаров) и новой линией российской власти. С точки зрения этих людей, их статус на Западе требовал априорного уважения и высокого положения внутри России (с учетом ее подчиненной по отношению к Западу позиции) - поскольку существования самостоятельной российской элиты они не признавали. И это, конечно, не могло нравится тем, кто делал ставку на конвергенцию, то есть признавал право чисто российской элиты на существование.   

 

А вот создать конструктивную «группу поддержки» идеи конвергенции у Путина не получилось. Он, в силу своего опыта, все время искал конформистов, готовых поддерживать его на словах, но совершенно не готовых чем-то жертвовать для достижения цели. Поскольку люди, которые имеют свое мнение по вопросу о том, как что-то строить, к конформизму не склонны и регулярно это свое мнение высказывают - их и начали выкидывать с государственной службы с конца 90-х годов, как только новая элита более или менее оформилась и начала обращаться к управленческому опыту КПСС последних десятилетий ее существования. В результате, политического строительства у нас практически не было, все ограничилось симулякрами. И сегодня, когда ситуация стала объективно крайне тяжелой, когда понятно, что западные элиты ни российскую элиту, ни лично Путина, в самостоятельном качестве (а, тем более, как свою часть) видеть не хотят - Путин оказался в полной политической изоляции, своего «политического дома» у него просто нет.

 

Окружающие его конформисты испытывают острое недовольство из-за давления на Россию (не говоря уже о тех, кто попал под персональные санкции), однако что-то делать для того, чтобы эту ситуацию преодолеть, в принципе не могут. А та часть российской элиты, которая изначально была ориентирована на Запад, судя по всему, получив четкие инструкции, начала откровенно антипутинские действий (что хорошо видно по последним выступлениям Силуанова и Кудрина). Одновременно резко усилился конфликт между «западниками» (которые в принципе отказываются признавать тот факт, что у России может быть своя элита) и теми представителями элиты, которые сделали ставку на конвергенцию (то есть поставили на Путина).     

 

А Путин при этом (вынуждено или случайно, тут вопрос открыт) сделал следующий шаг - он начал говорить и действовать исходя не из идей конвергенции западной и российской элиты, а западной и РУССКОЙ. Именно так нужно, скорее всего, понимать его слова о «русском мире». И остановиться он не может - как и та часть мира, которая сделала ставку именно на эту элиту. Точнее, может, конечно, но только при этом сохраниться в своем статусе он не сможет никак.

 

Ну и в заключение - вывод. Я, лично, считаю, что в ситуации 2000-х выиграть партию, ориентированную на конвергенцию, было невозможно. Даже у Андропова, у которого был СССР со всей своей мощью, это не получилось. Я даже не буду обсуждать сейчас причины. Но вот в ближайшем будущем ... Дело в том, что мировая элита по итогам кризиса будет жестко обескровлена, ее финансовая часть (которая наиболее жестко противостоит попыткам России «обрести лицо») сократится даже не в разы, а на порядок. И у нее нет никакого позитивного сценария на ближайшее будущее. И сегодня можно попытаться, нет, не войти в Западную элиту (это по прежнему невозможно), а попытаться создать элиту новую ... Общую. Это, по крайней мере, теоретически, возможно. Хотя и потребует от Путина серьезной работы над своей стратегией.    

 


 



 

 
"Строго секретно" излиза от 1991г. Вестникът е уникално издание за кулисите на висшата политика, геополитиката, шпионажа, финансовите престъпления, конспирацията, невероятното, трагичното и смешното.
Strogo Sekretno is the home for the highest politics, geopolitics, geo-economics, world crisis, weapons, intelligence, financial crimes...
(c) 1991-2020, Strogosekretno.com, All Rights Reserved
Contents may not be reproduces in whole or in part without permission of publisher. Information presented in Strogo Sekretno may or may not represent the views of Strogo Sekretno, its staff, or its advertisers.
Strogo Sekretno assume no responsibility for the reliability of advertisements presented in the newspaper. Strogo Sekretno respects the privacy of our subscribers. Our subscriber mailing list is not available for sale or sharing.
Reprint permission: contact@strogosekretno.com